"Надо искать
ЧЕЛОВЕКА,
а не имя, которое он носит,
народность, к которой он
принадлежит, или его
прошлую биографию."
Миямото Мусаси.
Учитель!
Ночью, уже ближе к утру Лёшка
внезапно проснулся, пронзенный насквозь острой мыслью... И, абсолютно
убежденный в своей правоте и правильности выбора, сказал громко и вслух:
"Это он!"
И едва дождавшись утра, подбежал к идущему
на завтрак Чэну и, стесняясь, как-то неловко промямлил:
"Научи меня всему..., - и, с трудом разлепив губы, выдавил, - УЧИТЕЛЬ!"
Майор остановился, тяжело, изучающе,
посмотрел на Иртеньева и сказал:
- Иди кусать, Алекс...
Но Лёше не елось и не спалось... Он стал
ходить за Чэном, как тень...
Иртеньеву показалось, словно он повторно
услышал внутренний голос: "Не дерзи и уважай старших". Чэн был старшим...
И не возрастом и не званием... Он был старший МУДРОСТЬЮ пятитысячелетней
истории своего народа и ЗНАНИЯМИ, передававшимися по цепи преемственности
УЧИТЕЛЬ-УЧЕНИК...
Величие Востока во многом и заключается
в создании цепи преемственности - цепи передачи глубоких эзотерических
знаний от зрячего к слепому... Нити, протянутой от Учителя к Ученику!
Пока и тот не прозреет... И не понесет полученное дальше, передавая
его другому слепцу... В надежде, что когда-нибудь и У ТОГО ОТВОРЯТСЯ
ГЛАЗА...
Иртеньев не отходил от Чэна ни на шаг,
просто приклеивался намертво как репейник и все тут... После занятий,
когда все падали от усталости и мечтали только об одном: скорее забыться
в коротком сне, он принимал контрастный душ, чтоб взбодриться, искал
Чэна, и, найдя, начинал выписывать вокруг него круги...
- Ты сто ворон? - хмурясь, спрашивал
его Чэн?
- Нет, почему?
- Ну, а чего кружисся?
- Научи меня, Учитель, - снова начинал
свою песню Иртеньев...
- Савтра санятие, вот и поучисся...
- Нет, ты меня другому научи...
- А чему другому? - хитро прищурившись,
переспрашивал Чэн...
- Не знаю!
- Вот узнаес и приходи...
- Все равно не отстану, - переходил к
"угрозам" Алексей...
- Иди, Алекс, иди, - миролюбиво предлагал
Чэн и, обычно повернувшись спиной и, заложив за поясницу руки (в положение
чаша Чандмана), уходил... Много раз Иртеньев удивлялся этой восточной
терпеливости... Наш бы, шпыняя, обязательно сказал - куда именно идти...
То есть, послал бы так далеко, что, наверняка, любой бы заблудился на
обратном пути... Даже с картой и компасом...
Уже много лет спустя Алексей Кириллович
задавал себе один вопрос: почему тогда никто, кроме него, не разглядел
в Чэне большее - чем хорошо подготовленного, но все же обычного инструктора
по рукопашному бою стиля Хосин - Мон (змеи и кошки)... Почему довольствовались
только тем, что он давал на занятиях, и никого не интересовало то, что
стояло за пределами этих пятичасовых тренировок... А ведь Чэн был как
айсберг - большая его часть находится под водой... Как раз та - самая
важная, которую он и не давал в рамках занятий... Те самые глубинные
эзотерические знания, которые не плавают на поверхности, и чтобы получить
их нужно решиться, зажмуриться и, набрав побольше воздуха, нырнуть за
ними вглубь... Отбросив и раздутое самомнение, и ложное величие, и собственную
значимость...
Что интересно, есть даже такая расхожая
фраза: "Человек поверхностных знаний..." Наверное, имеется в виду, нахватался
по верхам... Да это и понятно: у нас ведь всеобщее среднее образование...
То есть, мы, конечно, образованы, но всеобще и весьма средне... Хотя
в гордыне своей и утверждаем, что несем свет духовности всему миру...
Мол, сами с усами... Не хватало еще и нам, идущим впереди планеты всей,
чему-то у этой планеты учиться... И вообще, учиться скучно и от этого
голова болит... Гораздо удобней просто принять государственный указ
- МЫ САМЫЕ УМНЫЕ И БАСТА!
Как-то Алекс прочел в одной книге тибетскую
притчу: подошел торговец к монаху и спросил: "Скажи, где мне искать
Будду?" И монах ответил: "Даже, если б он сейчас прошел рядом, ты бы
не узнал его..." Может, это и есть ответ на вопрос так долго мучивший
Иртеньева. Ведь сказано: появляется Ученик и приходит Учитель... И не
наоборот, а именно так: когда ты готов что-то воспринять, появляется
тот, кто откроет глаза твоему восприятию... Учитель приходит тогда,
когда кто-то готов стать ему Учеником...
Шан-Грила
Четырнадцать лет обучения в монастыре
в Шигацзе (Лхаса), в том самом мистическом и легендарном государстве
Шан Грила, которое сейчас называется Тибет (кит.Сицзан), служба в подразделениях
КНР, Ленинградская Военно-медицинская Академия и Академия Советской
Армии (тогда мы дружили со многими странами и брали на учёбу их граждан
с огромным удовольствием), волевые качества плюс живость характера и
ясность ума - сформировало того человека, которого Лёшка узнал под именем
Чэн.
Учитель немного рассказывал об этой загадочной
стране... Всего лишь штрихами...
И ВСЕГДА С ГРУСТЬЮ И ТРЕПЕТОМ В ГОЛОСЕ...
Его приняли в монастырь, когда ему было
всего лишь три года...
Попасть в джоцанг (храм, где идут занятия)
было непросто и взяли его туда (как он считал) потому, что семья его
была многодетная, а отца - кормильца в ней не было. Потому и приняли
- из сострадания, чтоб не умер от голода...
В 1949 году Тибет был захвачен и оккупирован
Китайской народной Армией... Именно тогда выпускник джоцанга вдруг почувствовал,
что ему впервые стало стыдно перед своими Учителем и Наставником, что
он принадлежит к этому древнему, великому народу...
(Что интересно: еще в 1933 году духовный
правитель Тибета XIII Далай-лама предвидел захват Китая... А в 1959
году его воплощение Далай-лама XIV покинул Родину и уехал в Индию (ему
было тогда всего 23 года) сто тысяч ближайших последователей уехали
тогда вместе с ним...)
Шамбала
Тогда же Иртеньев спросил его о Шамбале...
И Чэн рассказал вот что... Когда он проходил
обучение в джоцанге, как-то Настоятель повел их в горы... Они шли довольно
долго и вдруг через какое-то время монахи стали отставать: то один остановится,
сядет и дальше идти не может (желание есть, но вот словно кто-то не
пускает-дверь перед тобой закрывается и ВСЁ!) И группа идущих становилась
всё меньше и меньше...
Пришла очередь и Чэна: ноги стали ватными,
обильный пот, в голове начинается пульсация и в глазах - мерцать вспышками
свет... И человек постепенно слепнет от этого света... Света столько,
что не видно ничего - ВСЁ ВПЕРЕДИ СИЯЕТ И ГОРИТ ОПАЛЯЮЩИМ ОГНЁМ... И
хочется прикоснуться к нему и подойди ближе - но тело не подчиняется
рассудку... Еще шаг и каменеешь - превращаешься в соляной столб, как
и описано в Библии...
- Шамбала,- говорил Учитель,- (создавший
её Бонпо-Будда называл эту страну: Олмо-Лунг-Ринг) - это не географическое
понятие, а состояние твоей очищенности, твоей готовности на ВСТРЕЧУ...
Это место, через которое передается учение достойным...
Насколько ты чист ДУХОВНО, настолько
тебя и допускают к знаниям... Это пройденный тобою Путь!
Недаром сказано: "Бог общается с себе
подобными!" Говорит он всем! Но все ли слышат его и совершают поступки,
исходя из сказанного им? Поэтому вера - это исповедывание заповедей,
а не демонстрация принадлежности к Создателю ношением культовых предметов...
Он к тому приходит, кто свят и светел...
Праджня
Чэн сказал Иртеньеву, как его
Учитель говорил им - еще мальчикам: "Есть неведомая тайная зона в центре
мира... Звук её - это звук клинка разрезающего плоть, это свист меча,
летящего перед твоими глазами... Это переход в другой способ существования...
Это нечто между сном и реальностью... Представьте это место всем естеством
своим, каждой клеточкой своей, осязаемо и чувственно проникнитесь душой
и телом, и тогда в вас пробудятся вибрации отторжения холода и мрака...
И вы поймёте, что мудрость Праджня - это радостное восприятие жизни...
И захотите идти к свету, а не в ночь... К знаниям, а не к невежеству..."